Дарья Харлаута практикует «ментальную археологию» — метод, находящийся на стыке спекулятивной археологии и нового мистицизма. Её работы представляют собой не объекты, а артефакты, извлечённые из культурного слоя восприятия, где древние мифологические системы сталкиваются с языком современной цифровой и урбанистической реальности.

Исходным материалом для этого исследования служит феномен синестезии — врождённой особенности восприятия художника, — а также её многолетний опыт изучения техник старых мастеров и полевой работы в научных экспедициях. Практика художника — это «творческая алхимия»: трудоёмкий процесс трансляции сложного, мультисенсорного опыта в материальную форму.

Эта материальность сознательно конструируется через напряжённый диалог противоположностей. В живописи это проявляется в сочетании многослойной масляной техники с пастелью и поталью, в работе с фактурой — через внедрение минеральных пигментов, текстиля и металла в живописную плоскость. В своих полотнах и объектах художник сталкивает природные материалы (дерево, камень, бронзу) с технологичными (полимеры, аэрография, машинная гравировка), создавая гибридные артефакты и «капсулы времени». Эти объекты существуют в «междумирье» — они одновременно отсылают к древним культовым практикам и к эстетике постантропоцена.

Цель такого метода — не декоративный синтез, а провокация мультисенсорного опыта и обнажение сути образа. Художник действует как исследователь, «препарируя» слои смысла и материала, чтобы обнаружить точку равновесия между грубой фактурой и хрупкой светоносностью, между архаикой и актуальностью. Итогом этого процесса становится не просто произведение искусства, а предложение зрителю совершить акт «медленного созерцания» и пережить личный миф, запечатлённый в законсервированном мгновении.